Самое

Авторский сайт
Александра Кирша

Лучшее у других

Видео

Loading...

Видео

Еще видео

Футбол

Картинная галерея

Мимо денег (Не плательщик НДС возвращает неоплаченный товар: поставщик может откорректировать налоговые обязательства)
Красное сторно? Красной кровью! (В декларации по НДС не отражают ошибочные НН и РК к ним)
Последний долг фирмы (Правила налогообложения дивидендов при ликвидации юрлица)
[Не]живая продукция (Итак, к сельхозпродукции (сельхозтоварам) относятся: живые животные и продукты животного происхождения; продукты растительного происхождения; жиры и масла животного и растительного происхождения; готовые пищевые продукты и прочее.)
Еще картинки>>>

Экономическая касторка

(с мармеладом для вкуса)

Не являясь членом никаких реформопредлагающих экономических комитетов, рискну всё же — для очистки совести — изложить своё видение необходимых или просто полезных преобразований (как коренных, так и не очень). Основные идеи были уже изложены здесь (Экономическое электричество), но кое-что нуждается в «этапизации» и дополнениях.

Итак, всё зависит от того, собираемся мы кокетничать (никаких, мол, печатных станков) и дальше или всё же признаем неизбежность «ограниченной [как советский воинский контингент в Афганистане] денежной эмиссии».

Напомню в этой связи, что в ходе текущего глобального кризиса твердолобого монетаризма упомянутый монетаризм («необеспеченные деньги не приносят никакой пользы кроме вреда и влекут лишь рост цен»), к счастью — хоть и дорого доставшемуся,— уже, наконец, выходит из моды, и плановые эмиссии/девальвации, стимулирующие (и обеспечивающие!) спрос, больше не представляются исключительно преступлениями против девальвируемых валют, впереди какового запоздалого осознания, естественно, США, а позади, тоже естественно, Россия (и те, кто сбоку-припёку).

Хотя надо и России всё же отдать должное: когда было совсем тяжело (при переходе от строя к строю), даже такой явный монетарист, как Егор Гайдар, занимался эмиссией, обусловившей инфляцию на уровне 25% в месяц. К слову, такой темп дает за 7 месяцев инфляцию больше, чем за всё время своего существования испытала украинская гривня — впрочем, тоже закалённая до этого гиперэмиссией карбованца (от которого она произошла), которую проводил тогда другой известный «монетарист» укрПинзеник.

Так вот, желательно до этой гиперстадии не доводить и заниматься лечением еще до метастаз, а не после.

Тем более, что внешние займы (единственная реальная альтернатива эмиссии) обеспечивают давление денежной массы на рынок и цены такое же, что и нарисованные деньги (просто не ухудшается курс к инвалютам, но самоцелью он быть не может), однако внешние кредиты нужно потом возвращать (еще и с процентами), кредит же у населения, фактически взятый через эмиссию, возвращается «сам собой»: деньги ® спрос ® производство ® обеспечение денег задним числом.

Поэтому, когда встает вопрос не только «где взять», но и «как отдавать», приходится думать и о собственном производстве товаров/работ/услуг, а оно без спроса, причем платежеспособного, никак невозможно. Нет денег — нет спроса — нет производства — нет налогов — нет казны — нечем возвращать (и жить тоже не на что). А коль рисовать деньги придется всё равно, то лучше — когда настоящий гром не успел грянуть.

И поскольку предварять эмиссию, чтобы она не оказалась почти бесполезной, должно установление принудительно высокой маржи в обменных пунктах (где-то на уровне 25%, иначе деньги от эмиссии пойдут не в магазины, а на покупку инвалюты),— часть дохода от такого увеличения маржи может через специальный налог изыматься и тоже вливаться в экономику — наряду с эмитированными деньгами. (А банки пусть живут не обменом, а выполнением своих прямых функций...

Получателями же нарисованных денег должны быть самые бедные — те, кто от эмиссии выиграет сразу, поскольку у них нет накоплений, которые от инфляции обесценивались бы, но главное (наряду с решением насущных социальных задач) — они понесут эти деньги на рынок товаров/работ/услуг, а не положат в кубышку, как сделали бы более богатые.

С другой стороны, адресатами таких девальвационных дотаций категорически не должны быть здоровые неумёхи или те, кто просто скрывает свои доходы,— поэтому наряду с пенсионерами, инвалидами III групп и многодетными/одинокими матерями такими получателями могли бы стать те, чья зарплата не ниже, чем 1,3 размера минимальной зарплаты (своего рода квалификационный минимум, он же — антиконвертационный), но при этом меньше, чем 90% от средней зарплаты по стране, и выдаваться им должна как раз разница, недостающая до этих самых 90%. При этом эмиссионные дотации (выдаваемые специальными чеками) должны иметь целевое назначение — разумеется, на покупку отечественных товаров.

Облегчит эмиссионная девальвация и экспорт (стране с дешевой нацвалютой легче продавать что-либо за рубеж). Это позволит недостающий отечественный спрос хотя бы частично заместить иностранным — пусть чужие дают работу стране грамотной девальвации.

Далее, эмиссия помогла бы решить еще одну важную проблему — компенсацию предприятиям оборотных средств, которые они неизбежно потеряют в случае введения НДС в правовое поле. Опыт показывает, что без НДС-счетов, с которых НДС может тратиться только на НДС (поставщикам или государству), нормальное — без взаимных злоупотреблений — взыскание этого налога невозможно; однако лишение предприятия права пользоваться огромной массой оборотных средств, фактически замораживаемой для него из-за введения таких счетов, должно быть адекватно ему компенсировано — в размере среднемесячного платежа в бюджет за 12 месяцев, чтобы отвлекаемые средства оказались возмещены действительно полностью. Нарисованные деньги, конечно, не являются полноценными, но их полноценность в то же время и не ниже, чем у всех остальныхне нарисованных, а просто на момент рисования не потраченных.

Если же соединить эмиссию для социальностей и спроса с эмиссией для компенсации за НДС-счета (это ничего, что тут всё так откровенно по-честному?), то здесь возможен следующий симпатичный механизм.

Эмиссия «настоящая» — большая и (какое-то время) регулярная — первый большой раз и последующие будет направляться по-разному. Если последующие (все кроме первой) пойдут непосредственно к беднейшим слоям потребителей (см. выше), то первая должна направиться предприятиям на компенсацию предстоящего вымывания оборотных средств из-за НДС-счетов. Одной разовой эмиссии для этого вполне достаточно: оборотные средства на то и оборотные, что самовоспроизводятся; хотя в случае дальнейшего роста сумм НДС и, следовательно, омертвляемых через НДС-счета средств разницу придется компенсировать дополнительно.

Получив — в кредит! — такую упреждающую компенсацию — причем на нормальныене на спецНДСные) счета,— предприятия свои ближайшие поступления на спецсчета (сверх НДС поставщикам) отправят на погашение данного кредита, а уже следующие — где-то с месячным опозданием — на уплату НДС.

С учетом погашения кредита, впрочем, государство получит средства не позже, а раньше — вот их-то оно и направит на социальности для спроса. А поскольку собственно НДС будет все-таки позже, то наряду с вышеуказанной «настоящей» эмиссией будут еще микроэмиссии (микро не по объему, а по времени), чтобы «перебиться» до ближайших поступлений НДС, по мере которых микроэмиссию можно будет как быть возвращать — уже через изъятие замещенных НДСом денег, ставших как бы лишними, из оборота.

Ну а предприятия (получив компенсацию на нормальный счет, а возвращая ее с НДС-счетов), получат благодаря этому возможность отложить свои НДСные платежи, то есть для них в итоге (благодаря госмикроэмиссиям) произойдет не вымывание оборотных средств, а — благодаря временно'му фактору — их пополнение, поскольку компенсация не просто погашает предстоящее отвлечение НДС, но и опережает его (а возврат осуществляется благодаря отсрочке самого' налогового платежа).

В общем, польза от эмиссий — и для социальных выплат, и для спроса, и для НДС.

Кроме того, такое саморисование-самокредитование позволило бы существенно снизить степень влияния (на государство и его политику) международного диктата — МВФ etc. Так, можно было бы — даже при членстве в ВТО — в большей степени откровенно заниматься протекционизмом вследствие ослабления хотя бы одной из «противоизоляционистских» вожжей: интегрирование интегрированием, но — с позиции силы, коль уже не так нужны кредиты.

В этой ситуации можно даже попытаться слегка обофшорить налоговое законодательство. Скажем, для резидентов (юр или физ) тех стран, с которыми нет даже договоров об устранении двойного обложения (а среди таких стран всегда найдутся весьма интересные), резонно установить, что учрежденные ими в «новоофшорной стране» предприятия, если они осуществляют деятельность лишь в «незаключивших» странах (своей или других таких же) и нанимают уже не своих, а местных директора с бухгалтером с общей зарплатой не ниже 7 минимальных, уплачивают — помимо налогов и сборов с этих зарплат — только 2% с оборота.

Вот и не обидится никто из серьезных, и занятость какая-то будет дополнительная, и проценты закапают из всяческих Аргентин да Бразилий.

Причем налог с оборота в стране, не отягощенный обязательствами иметь у себя «цивилизованное» обложение (помогающее выпрашивать кредиты), может быть и не только для офшорников или своих малышек. Его сфера тогда будет в состоянии расшириться очень серьезно, но — с дифференциацией ставок по отраслям, а то можно убить материалоемких.

(Тогда и вышеупомянутая офшорная оговорка в законодательстве выглядеть будет поприличнее — просто как элемент дифференциации ставок.)

Ну а от налога с оборота (взимаемого вместо нынешних; а делит большую общую массу между фондами и пр. пусть уже само государство) — один шаг к налогу, который не тормозит производство, а наоборот, его эффективность стимулирует,— на затраты (или покупки). Неизбегаемость этого налога существенно выше, чем при обложении финансовых результатов и/или зарплаты; о его справедливости сказано тоже очень много; а коль еще обложение физдоходов сделать при этом одноразовым (а не и у предприятия, и у работника), да еще с возвратом по чекам, подтверждающим траты в родной стране (просто ставка налога с оборота должна всё это учитывать и быть не слишком низкой), то налогообложение будет работать на платежеспособный конечный спрос, а не против него.

Впрочем, сделаем здесь лирическое отступление, ибо на справедливости обложения именно затрат — см. в этой связи «Зеркало недели» № 48'07, с. 11 (М. Я. Коробов),— надо бы остановиться дополнительно: тут есть несколько аспектов, а не один.

Прежде всего, из четырех факторов, участвующих в создании потребленного ресурса,— труда, риска, организации и природы — оплачиваются, как правило, лишь первые три — если речь только не идет о дефицитных природных ресурсах (энергоносители, металлы и т. п.). Ни солнечный свет, ни электроэнергия сверх стоимости человеческих затрат на ее транспортировку, ни плодородность земли сверх стоимости затрат по эксплуатации этой плодородности никем не оплачиваются, хотя принадлежит этот природный фактор всему обществу, что и должно легализовываться через налогообложение — оплату общей и потому неоплаченной части ресурсов.

К примеру, рождает теленка природа, а не доярка с зоотехником, хотя в формировании стоимости природа как бы и не участвует. Человек, кстати, не теленок, однако и его усилия используются наряду с тем, что дала ему природа, в то время как покупателем этих усилий оплачивается лишь непосредственно труд.

Далее, в эмерджентном эффекте любой производящей системы есть две составляющие: часть эффекта, обусловленная организацией процесса (с вложением средств и необходимыми рисками), и часть, обусловленная способностью результатов прошлого труда к их умножению при условии наложения на них первого слагаемого. Эта вторая часть при покупке чего-либо не оплачивается, в связи с чем доплата за потребленные ресурсы обществу [через их обложение] опять же является гораздо более справедливой, чем доплата исходя из стоимости, действительно добавленной самим субъектом.

Наконец, и сейчас это главное (возвращаемся от лирики к суровой действительности), в условиях инфляции обложение разницы между выручкой, полученной в обесценившихся деньгах, и затратами, понесёнными в деньгах более твердыхбез их (затрат) пересчета — искусственно завышает объект обложения, превращая даже рентабельное производство в невыгодное из-за налогов; ну а пересчет затрат на новый курс может привести к отрицательному налогу, если продажные цены за инфляцией не успевают,— то есть при нестабильной валюте обложение прибыли/дохода несправедливо либо к облагаемому субъекту либо к государству.

Не спасает ситуацию при падении курса и обложение всего оборота, поскольку продавший быстро будет получать несправедливое преимущество перед продавшим (в силу немгновенных производства и реализации) с неким временны'м лагом: оставшаяся после обложения доля выручки в процентах будет равной, но ее соотношение с затратами, пересчитанными на «честные» деньги, при равной рентабельности и более поздней продаже будет значительно ниже.

Итак, обложение затрат не просто обладает стимулирующей эффективность силой вместо дестимулирующей при обложении доходов, не только гораздо труднее избегается, но еще и гораздо более справедливо.

И не надо других налогов. (Именно тупое обложение прибыли/дохода делает экономику настолько затратно-самоедской, что стимулировать конечный спрос приходится уже любой ценой: истинный корень бед, приведших к необходимости эмиссии, это как раз противоэффективное налогообложение.)

Ну, в качестве исключения — кроме налога на оборот, а затем (на смену ему) на затраты — еще может существовать акциз (на алко/табак, игровой бизнес и прочие не запрещаемые — ради бюджета — вредности, так как почему-то именно они обычно оказываются самыми выгодными).

И еще — фиксированный налог с микропредпринимателей (но тогда уже без возвратов) — при непревышении ими установленного месячного (а не годового!) оборота. С больших — по-большому, с маленьких — по-маленькому...

В таком случае можно будет и без НДС обходиться, даже без НДС с человеческим лицом (см. выше), ведь налог с оборота или с затрат вполне самодостаточен, была бы ставка соответствующей.

Подводя итоги, следует заметить: ничто (никакая, льгота) так не стимулирует инвестиции, как реальный спрос; ничто так не стимулирует эффективность/рентабельность, как необложение доходов.

Известен принцип «бритвы Оккама» — не умножать сущности, то есть не усложнять там, где можно проще. Он столь же верен для налогообложения, как обамовское рефинасирование по нулевой ставке (практически эмиссия) является единственно верным — и тоже не очень сложным! — решением для придания импульса спросу, а через него всей экономике. Так, собирая истины от Оккама до Обамы, и придем к тому, что просто, но эффективно.

Весь предложенный комплекс мер так или иначе завязан на эмиссию и ее последствия, делающие страну в самом деле независимой. Чем дольше от эмиссии убегать, чем дольше упорствовать в упрямом непризнании платежеспособного спроса как мощнейшего из возможных экономических двигателей, тем злее она, эмиссия, будет, когда всё равно (что неизбежно) догонит. Да, это — невкусная касторка, гадкое слабительное (может, такая аналогия будет более ясной, чем метафора «экономическое электричество»). А чем еще лечить непроходимость экономики? Она же работает пока лишь сама на себя: все у неё крутится внутри, то есть не выходя наружу! Ведь до конечного потребителя — физчеловека — ничего не доходит! Так что касторка неизбежна, ну а от мармелада в этой схеме будет только привкус.

Постоянный адрес материала http://samoe.in.ua/index.php?pub=346

При перепечатке ссылка на www.samoe.in.ua обязательна.

© А.Кирш концепция, структура, содержание,сюжеты рисунков | © А.Левин оформление и техническая разработка | © В. Лотоцкий рисунки
2010 г.